Андрей Рубанов «Финист – ясный сокол»
Из «Редакции Елены Шубиной» вылетел в свет «Финист – ясный сокол» — долгожданный роман-сказ Андрея Рубанова, лауреата премии «Ясная Поляна» и автора романов «Сажайте, и вырастет», «Готовься к войне», «Хлорофилия», «Патриот».
Все помнят русскую сказку о Финисте — ясном соколе, но кто такой Финист и откуда взялось это имя? Фольклористы утверждают, что имя Финист – это искажённое греческое «феникс» — волшебная птица, возрождающаяся из пепла. В России он превратился сначала в “финисе”, а потом в “финиста”. Но почему тогда Сокол? Это имя, скорее всего, возникло под влиянием метафорического образа сокола – жениха из русских свадебных песен.
 
Как же пересказал сказку о Финисте Андрей Рубанов? Поведано так: «Эта книга – не сказка. Это – изустная побывальщина, которая никогда не была записана буквами – их в те древние времена еще не придумали».
 
И то верно: в доисторическую, языческую эпоху (вплоть до X века н.э.) азбуки славяне не ведали, а потому никаких аутентичных письменных источников об их жизни, быте и верованиях мы не имеем. К счастью, Андрей Рубанов этот факт не оспаривает и не уподобляется славянским неоязычникам, яростно отстаивающим подлинность пресловутой «Велесовой книги». Также наш автор избегает соблазнов погружения в пучину псевдославянского фэнтези. Чего еще не делает Рубанов? Он не пишет исторический роман и не претендует на то, чтобы его книгу воспринимали как откровение или истинное видение того, «как все было на самом деле». Его интересует другое. «Хочу показать рождение мифа» — вот как он говорит.
 
Его задача сродни той, что некогда сподвигла профессора английской филологии Джорджа Р. Р. Толкина выдумать заново утраченный англо-саксонский эпос, дабы его соотечественники не забывали своих корней. Из одного только «непроясненного» слова hobbit вырос целый мир — удивительный, мифологичный мир Средиземья. И оказалось, что населили его не только «реконструированные» англосаксы, но и другие народы Европы со своими эпосами, чудовищами, драконами и исчезнувшими нелюдскими расами.
 
Самое любопытное, что Андрей Рубанов признался в том, что из всего Толкина осилил лишь начало «Хоббита», а других мастеров сказочной фантастики и вовсе не читал. Но думается, именно поэтому ему удалась лучшая на сегодняшний день реконструкция древнего, дохристианского славянского мира. Все предыдущие попытки — да простят нас такие неплохие, в общем, писатели, как Мария Семенова и Александр Мазин — заканчивались провалом по самым разным причинам (не о них здесь речь).
 
Андрей Рубанов — прекрасный писатель, но этого звания мало для создания «мира», в который читатель поверит. И Рубанов оказался тем автором, который наделен чем-то еще, а именно — мастерством следопыта забытых слов. Из этих слов (единственных свидетелей древней поэзии мифа) родились образы, а из образов воздвигся новый славянский миф, в который не стыдно поверить.
 
Итак, перед нами три сказа, изложенные тремя рассказчиками: шутом-«глумилой» Иваном Корнем, кожедубом-оружейником Иваном Ремнем и разбойником-нелюдем Соловьем, птицечеловеком, изгнанным из родного «небесного» мира.
 
Первый – «лихой глумила без страха и пристанища», потомственный скоморох, избравший своей «человечьей долей» веселить людей на гульбище, «быть сам по себе, ни от кого не зависеть и не угождать никому, кроме красивых женщин». Единственное богатство его – огромный, в человеческий рост бубен, ревущий, «как бог войны». Иван Корень отправляется в удивительный город Резан, где княжеский престол выложен костьми и обтянут жилами древних великанов, дабы устроить гульбище, которого свет еще не видывал.
 
Второй герой – искусный мастер кожаной брони с края земли, из удаленной северной долины, окруженной непреодолимыми густыми лесами. На него пал давний жребий – и теперь он отправляется в самое логово старого и страшного змея, дабы выполнить свой родовой долг – заставить чудовище замолчать.
 
Третий сказитель – бронзовокожий птицечеловек Соловей из небесного города Вертограда, жители которого обрели когда-то способность летать, и с тех пор не знают ни болезни, ни старости. Но он совершил преступление и был изгнан из родного города на среднюю землю, заселенную смертными и невежественными дикарями – людьми.
 
Каждый из героев рассказывает собственную жизнь, но объединяет их любовь к дочери кузнеца Марье, историю которой они все передают на свой лад. Марья эта нарушила все Заветы и полюбила Финиста — ясного сокола, небесного жителя. Но Финист исчез, и единственная надежда его найти – надеть железные сапоги, взять железный посох да железный хлеб и отправиться его искать. Помогут ей в этом все трое – один защитит, другой доведет до края света, третий – донесет до неба.
 
Автор «Финиста» не только реконструирует мифы давней, дописьменной эпохи, детально показывая ее жизнь и быт, но и пытается раскрыть внутренний мир человека, вынужденного проживать свой короткий век в хрупком срединном мире, зажатом между непознаваемыми и страшными мирами верхних и нижних богов. Здесь ему не все удается, многие чересчур умные слова звучат ни к месту, диковато соседствуют «мавка» и «инфернальность», но автору все простительно за рождение настоящего мифа из духа древней поэзии.
 
Очень, очень давно. Когда я был горячий, лёгкий, точный и весёлый. Когда моему разуму открывается расстояние между тем борзым мальчишкой и мною теперешним — я ужасаюсь и восхищаюсь силе водоворота времени, протекающего через всё живое. Коловрат всесилен, это так. С тех времен я прожил ещё две судьбы. Был вором, потом колдуном. Теперь живу четвертую судьбу. Может, и не последнюю. Я мало помню из бестолковой юности. Только самое изумительное, самое стыдное и самое страшное. Наша память так устроена. И вот эта девка была самый изумительный человек, которого я встретил в те лета. А всё, что с ней случилось, — самая страшная быль изо всех моих былей…
Цена: 14.99